ПОДЛЕДНОВ ДЕНИС ДМИТРИЕВИЧ (Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация). Метамодернистская «структура чувства» в современном российском искусстве

DENIS PODLEDNOV (Saint Petersburg State University, Russian Federation). The “Structure of Feeling” of Metamodernism in the Context of Contemporary Russian Art

Метамодернизм – социально-культурная концепция, которая была предложена голландскими исследователями Тимотеусом Вермюленом и Робином ван ден Аккером и отражает основные положения в следующих теоретических трудах: в эссе «Заметки о метамодернизме» (2010), в статье Заметки о «Заметках о метамодернизме» (2015), и в книге «Метамодернизм. Историчность, Аффект и Глубина после постмодернизма» (2019). Основными маркерами метамодернизма являются: «новая искренность», осцилляция (метаксис), реконструкция, неоромантическая чувственность и т.д.

Актуальность данной теории обусловлена поиском феномена, который наступил после завершения постмодернизма. Сложность дефиниции состоит в том, что существует массив современного искусства, который попадает вне поле зрения постмодернизма.

Рефлексия на данную теорию нашла свое отражение в работах исследователей: Л. Батчер (архитектура), А.В. Венкова и А.В. Гинкель (изобразительное искусство) и др. Вместе с этим, исходя из анализа отечественной литературы, стоить отметить, что данная тема слабо отрефлексирована отечественными исследователями.

Теоретический заход на тему осуществлен исходя из следующих теорий. Во-первых, это теория «постпостмодернизма» (Л. Хатчеон, 2002 г.). Во-вторых, большой объем информации содержится в теории метамодернизма: начиная с того, что метамодернизм сочетает в себе осцилляцию между кодами модернизма и постмодернизма (теория модернизма и постмодернизма), а также конструирование собственных маркеров метамодерна (Т. Вермюлен и Р. ван ден Аккер, 2010 г.). В-третьих, это теории «атмосфер» (Г. Беме, 1993, 2002 гг.) и глубинноподобия (Т. Вермюлен, 2015 г.).

В данной работе автор пытается раскрыть следующий исследовательский вопрос: «Как маркеры метамодернизма функционируют в современном искусстве?». В качестве ключевой методологии выбраны семиотический и формально-стилистический анализ произведений изобразительного искусства. Источниками исследования являются произведения искусства российских художников: Владимира Логутова (г. Самара), Владимира Потапова (г. Москва) и Александра Грекова (г. Пермь).

Таким образом, данный теоретический подход можно имплицировать на другие виды искусства, которые все больше рефлексируют в рамках метамодернистской парадигмы. Вместе с этим, метамодернизм как новая культурная дефиниция требует новых методик для ее анализа. Анализ творчества Владимира Логутова, Владимира Потапова и Александра Грекова отражает переживание реальности через обращение к гуманистическим и экзистенциональным вопросам «новой искренности», глубонноподобию и неоромантической чувственности           

метамодернизм, живопись, структура чувства, Робин ван ден Аккер, Тимотеус Вермюлен, Виталий Пушницкий, Ольга Молчанова-Пермякова

metamodernism, painting, structure of feelings, Robin van den Akker, Timotheus Vermeulen, Vitaly Pushnitsky, Olga Molchanova-Permyakova

СТРЕЛЬЦОВА АЛИНА КОНСТАНТИНОВНА (Журнал «Искусство»). Community-based подход в сегодняшнем искусстве Берлина

ALINA STRELTSOVA (“Iskusstvo” Art Magazin). Community-Based Approach in Today’s Berlin Art

Искусство, ориентированное на социальные проблемы, цели и контекст местных сообществ (community-based art), выделяют начиная с 1960-х годов, однако сегодня эта стратегия становится одной из самых актуальных в европейском пространстве. Она реализуется посредством арт-резиденций, местных художественных центров и целых биеннале, как например, в Осло 2019 года. Предпосылки для развития такого типа искусства можно найти в самой культуре местных сообществ, развивавшейся столетиями в Великобритании, Германии, Северной Европе.

Однако такая культура может быть и сравнительно новой, как например, в Берлине после 1989 года, где community-based проекты возникали, не будучи инициативой государства или крупных арт-институций. Среди причин — «островное сознание» жителей западного Берлина, долгое время бывшего в положении анклава на территории ГДР, приток новых людей в 1990-e и 2000-е, которые начали строить собственные международные англоговорящие или, наоборот, национальные сообщества, отсутствие долгое время как поддержки, так и госрегулирования культурных механизмов. Все это определило расцвет независимых арт- и музыкальных проектов Берлина.

В последние годы ситуация изменилась. Рост экономики, масштабное строительство офисных зданий для международных корпораций, рост ренты заставил художников уехать из центра. Однако, в это же время формируется понимание, что творческая среда Берлина — один из главных факторов, привлекающих в немецкую столицу туристов. В начале 2020 года был принят ряд постановлений, направленных на поддержку арт-сообщества и развитие community-based подхода в архитектуре, но еще более важно, что кризис оказался поводом для художников отрефлексировать собственное положение и отношения с городом, понимаемым и как архитектурная среда, и как сообщество жителей.

Среди таких проектов «Невидимый Берлин», инициированный Schinkel Pavillon, — телесные и музыкальные перформансы в зданиях, которые предназначены под снос. Цель программы состояла не в том, чтобы повлиять на городскую политику, но в том, чтобы дать жителям районов физически прочувствовать происходящие у них перемены посредством эфемерного и недолговечного искусства. В том же ряду — проекты на стыке перформанса и постдраматического театра. В частности, спектакли «Бальхауса» и Театра Максима Горького под руководством Шермин Лагхофф, обсуждающие на сцене проблемы мигрантов, живущих в Кройцберге, были с ними же в зрительном зале. Здесь же «100% Берлин» Rimini Protokoll, попытка создать портрет города, который не имеет ничего общего с архитектурой, а представляет собой общность людей на сцене, чей национальный, возрастной и гендерный состав отражает статистические данные. По лекалам Rimini и Gorky Theatre построена деятельность экскурсионного бюро “Почему мы здесь”, где сирийские мигранты проводят экскурсии по Берлину для жителей немецкой столицы, но рассказывают при этом историю собственной страны, давая возможность слушателям выстроить параллели. На тех же принципах построены радикальные перформансы группы «Центр политической красоты». Все эти проекты рассчитаны на то, чтобы развить взаимное чувство эмпатии у новых и старых берлинцев.

community-base art, перформанс, Берлин, современное искусство Германии

community-based art, performance, Berlin, contemporary art in Germany

ДУЦЕВ МИХАИЛ ВИКТОРОВИЧ (Нижегородский государственный архитектурно-строительный университет). Реальности архитектурно-художественной среды исторического города

MIKHAIL DUTSEV (Nizhny Novgorod State University of Architecture and Civil Engineering). Realities of Architectural-Art Environment of a Historic City

Сегодняшняя городская реальность крайне противоречива. Город как система, организм, сообщество – драматичен! «Город» агрессивен как стиль жизни. Город крайне неспокоен как среда обитания живого. Город эклектичен в художественном плане. Пространственная ткань его рваная, лоскутная, многоликая, чудная… Единство, скорее миф, чем явленная реальность.

Вероятно, следует принять эти противоречия, чтобы иметь возможность увидеть круг сегодняшних проблем, соотнеся современное нам с историей, с ее вещественным наследием, образом, смыслом, идеей историчности как таковой. Очевидно, что музеефицированный город — это занимательный и познавательный «аттракцион», но не среда полноценной жизни. Город всегда ближайший соучастник происходящей событийности, проживаемое и каждый раз вновь переживаемое пространство. Иначе мы теряем исторический город… Теряем физически, когда он стирается новым временем. Теряем ментально, когда он превращается в музей.

Таким образом, следует отыскать возможности сопричастности каждого жителя историческому потоку. Именно эта черта способна естественным образом усилить меру внутренней ответственности человека (пользователя, гражданина, профессионала, «свободного художника») перед окружающим пространством, причем, пространством в потоке времени и в контексте культуры. Здесь мы намеренно избегаем вопросов роли власти, правового регулирования, а также аспектов профессиональной «грамоты» зодчего. В фокусе внимания — возможности художественно-образные, не столь очевидно зависящие от регламентов.

Нас интересует город, в первую очередь, в двух реальностях — повседневно-материальной и образно-символической, устремленной в вечность. Также важна тенденция усиления индивидуализации внутри массового, которая показательна с позиции отдельной личности — будь то архитектор, дизайнер, художник или адресат творческого послания. Как при этом работает критериальный аппарат и каково место гипотетического экспертного сообщества — вопрос открытый.

Представляется, что связующим началом в многомерном поле исторического города, действительно, выступает среда в различных интерпретациях, причем, не только в форме контекста или средового подхода. Среда как комплексное понятие не раз «выручала» и позволяла сохранить исторический образ места. Вероятно, нет смысла пересматривать в корне «средовые» подходы, но есть явная потребность в расширении понятия, в том числе, в художественном поле значений, и, как следствие, в обновлении понимания города.

Предлагается выделить ряд направлений искомого развития:

— материальные и художественные реальности города;

— культура профессионального сообщества и общества в целом;

— интеграция архитектуры, искусства и дизайна.

В данном контексте понятие «среды» уступает место идее «средовой связи», основанной на методах художественной интеграции («Концепция художественной интеграции» сформулирована и защищена автором в 2014 г.). Представляется, что современному человеку требуется еще одна «реальность» — стыковая, связующая, позволяющая примерить смыслы, адаптироваться к новациям, стать ее соучастником. Это реальность «осмысления» и «чувственного» проживания, живая среда меняющегося образа. Безусловно, основным «местом» ее реализации становится человеческое сознание и процессы культурных трансформаций, но возможно и вещественное воплощение — в архитектурно-художественной среде города.

архитектурно-художественная среда, исторический город, современный человек, проживаемое пространство, художественная интеграция, художественная реальность, средовая связь

architectural-art environment, historic city, modern man, living space, art integration, artistic reality, environmental connection

ПОДОЛЬСКАЯ КСЕНИЯ СЕРГЕЕВНА (Российский государственный педагогический университет имени А.И. Герцена). Системно-структурный анализ скульптурной композиции в энвайронмент-арте

KSENIA PODOLSKAYA (Herzen State Pedagogical University of Russia). System-Structural Analysis of Sculptural Composition in Environmental Art

Энвайронмент-арт — художественное направление современной арт-практики, соединяющее в себе целый комплекс средств создания различного рода художественных сред через специфическое построение пространства, стремящееся к включению в себя окружения и зрителя как полноценных участников целостного художественного произведения.

Энвайронмент как направление может проявлять себя в разных формах современных художественных течений и явлений, в том числе и в искусстве скульптуры.

При этом скульптура, попадая в пространство энвайронментальной ситуации, зачастую теряет часть своих видовых характеристик, переходит в состояние надвидовой художественной структуры, художественной формы, находящейся не в рамках видовой классификации, а над ней. Структурность такой формы проявляется в компиляции различных техник и подходов, прежде всего стремясь к максимальной художественной выразительности с помощью всех доступных художнику средств.

Таким образом изменяются сущностные качества произведения искусства: расширяется спектр форм отношения произведения с пространством, зрителем, способы построения композиции (смешение классических и новейших композиционных решений), средства выражения и т.д.

Энвайронмент-арт стремится к преодолению границ между искусством и пространством повседневности, поле художественного произведения простирается дальше своего материального субстрата, стремится к объединению с пространством и зрителем. Все эти изменения говорят о том, что при анализе энвайронментальных скульптурных композиций традиционных подходов к композиционному и формальному анализу становится недостаточно. В этих условиях особую роль начинает играть системно-структурный анализ.

Учитывая то, что скульптура в условиях энвайронмент-арта частично теряет свои морфологические качества, переходит в состояние надвидовой художественной структуры, системно-структурный анализ позволяет выявить и охарактеризовать особенности такого произведения.

Использование системно-структурного анализа позволяет выделять типы структурных связей скульптуры (а точнее ее материального субстрата) с другими элементами (пространством, зрителем, и т.д.), выявлять особенности этих связей, их влияние на целостный художественный образ энвайронментального произведения.

энвайронмент-арт, скульптура, надвидовая художественная структура, системно-структурный анализ

environmental art, sculpture, interspecific artistic structure, system-structural analysis